martyshin

Сидели в гостях в большом загородном доме, пили дорогие безалкогольные напитки и конечно же рассуждали о судьбах Родины.
Антон – хозяин дома и виновник торжества, с нашего благородного соизволения отскочил искупать сынишку.
У ребенка:  мама, бабушка и даже целых полторы няни, но купает его всегда только папа. Если конечно бывает дома.

Тем временем мы занялись самоидентификацией. Долго спорили, но все таки пришли к единому мнению (напитки-то были безалкогольные), что все мы: русские, украинцы белорусы - практически европейцы, со всеми вытекающими. Нам только дай забугорную систему и ужо мы то моментально заживем как в Германии, например. Чем мы хуже?

- Абсолютно ничем, подлейте еще гранатового если Вас не затруднит.
- Ах пожалуйста, давайте Ваш бокальчик…

Обычная маниловско-идиалистическая беседа.

Но прибежал Антон с мыльными руками и все испортил.
Он краем уха слышал наши споры и даже сына домывать не стал, передоверил бабушке со словами:
- Мама, главное головку над водой поддерживай, контролируй.
- Хорошо сынок, меня еще твоя бабушка учила тебя купать…

Прибежал и кричит:
- Нет, мы все не такие, мы совсем другие. Не хорошие, не плохие, но не европейцы. Мы кочевники.
- Причем тут кочевники? А те кто живет в огромных мегаполисах?
- Это не важно и сути дела не меняет. Представьте, что юкагира или коряка всунули в нашу городскую жизнь. Он конечно приживется, но до конца жизни останется горожанином с придурью. Он кочевник, собиратель ягод, оленевод, охотник, кто угодно, но не европеец.
- А мы?
- И мы все по сути собиратели ягод не привязанные ни к какому месту и живущие одним днем… Как монголы, они ведь тоже не врастаеют в конкретную точку земли. Съели здесь его бараны всю траву? Прекрасно. Спасибо этому дому, пойдем за тем пригорком поглядим…

- Антон, а ты сам разве не европеец? Вот дом какой отгрохал, три языка знаешь. Какой, же ты нафиг кочевник?
- Да я по сути такой же чукча, который в квартире ставит юрту, а рядом устраивает туалет. Много поколений должно смениться, чтобы мы перестали жить сегодняшним днем. И дело не в том, что европеец никуда не переезжает. Переезжает и побольше нашего, но устройство головы у него другое. Мы сидя всю жизнь на одном месте – плюем себе под ноги, как из окошка поезда, а они переехав в другую страну, чувствуют, что просто перешли в соседнюю комнату своего дома…

Лет пятнадцать назад, когда я был помоложе и победнее - три года прожил в Англии.
Только приехал и мне сразу повезло найти отличную работу - помощника садовника в одном старинном поместье.

Первый мой рабочий день.
Шеф - милый старичок ставит нам задачу на день:
- Вот видишь бордюрные камни? Мы до вечера должны уложить их вот тут, вдоль дорожки. Три положим до обеда, и шесть после. Если успеем.
Подкатили специальную тачку с разнообразным садовым инструментом. Но что это был за инструмент, разговор отдельный. Модерновая титановая лопата с карбоновой ручкой, соседствовала с маленькими грабельками, на которых выбит год производства «1901»
спрашиваю у шефа:
- А зачем здесь такая старинная вещица? Ей место в музее.
Садовник удивился, взял грабельки в руки, хорошенько рассмотрел их и сказал:
- А чем они тебе не понравились? Удобные и надежные, а их возраст только плюс. Они еще наших детей переживут.

Шеф порылся в инструментах и достал какую-то странную полуметровую то ли ложку, то ли ломик с резной деревянной ручкой:
- Как ты думаешь, Антон, что это такое?

Я не думал никак и пожал плечами.
А садовник говорит:
- Это скребок для очистки лопат от влажной земли. Что ж мне прикажешь, выкинуть его, раз он был сделан еще в 1870-м году?

    До обеда мы хорошо поработали. Хорошо, но очень нудно и медленно. Каждый из камней складывали, мерили рулеткой и натянутой ниточкой, опять поднимали, скребли грунт и снова складывали.
Шеф ушел, сказав, что с обеда немного задержится.

И тут настал мой звездный час. Наскоро пообедав, я решил показать класс, продемонстрировать как быстро и нелениво умеют работать русские люди.
Хоть камни были тяжеленькие, но при помощи тачки и всяких специальных приблуд, мне удалось подкатить и самое главное – ровненько уложить все шесть камней за каких-то два часа.
Сижу, курю с победной мордой. Возвращается шеф.
Сделал бровки домиком, прошелся вдоль моей работы, присел, поползал на четвереньках и сказал:
- Молодец Антон, что привез камни и проявил инициативу, но к сожалению, мы должны с тобой все это разобрать и уложить заново. Ну, кроме пожалуй этого камня. Хотя и его мы приподнимем и посмотрим, что там под ним…

Я был в полном шоке. Так красиво, а главное быстро все уложил, а этот старый хрыч крутит носом. Обиделся я слегка и спрашиваю:
- А что не так? Посмотрите все под ниточку, до миллиметра…
- А вот смотри - тут песочек и тут песочек а с этого угла у тебя земля. Пойдем дальше, вот корень от куста стремится поднырнуть, его тоже нужно отрубить и выкопать. Тут с муравьями поборемся. Видишь – побежал, побежал. А здесь у тебя край камня ни на чем не лежит, почти висит. Лет сто он конечно же простоит, но вот больше ста – уже вряд ли. Его перекосит в эту сторону и тогда кому-то придется переделывать нашу с тобой работу…

- Сто лет…? Вы шутите! Какие сто лет? Вы о чем говорите?
- А что тут такого? Видишь вон те ступеньки? Им четырех сот лет не будет, но триста пятьдесят точно есть и еще двести наверняка прослужат. Вот и нам нужно хорошенько постараться, чтобы не получилось, как с фонтанной чашей. Ей всего семьдесят, а уже начинает трескаться с одной стороны, придется ее заново переделывать. Руки бы оторвать бездельникам за такую работенку…

Антон нам всем налил сока и сказал:
- Ну, братья кочевники, за хорошую охоту и далекие зеленые пастбища…